Поиск

Мой опыт ФРК. Горести и радости.

* Длиннопост, сознательно приуроченный к круглой дате – ровно месяц без очков.

Где-то между 10 и 11 утра 13 декабря я бегом неслась по коридору в операционную. Прощайте, очки на -8. Привет, 10 строчка на таблице Сивцева, которую я в последний раз своими глазами видела более 20 лет назад.

Как я дошла до этого решения – очень просто в результате короткого диалога, состоявшегося с мужем прошлой весной.

- Надо бы мне к окулисту сходить.

- Наконец-то коррекцию решила делать.

- Да не, не коррекцию. Просто провериться.

- А че коррекцию не хочешь?

- ? (в глубоком раздумье пожимаю плечами)

«Да и правда что ли, почему я не хочу?..»

Мысль привела меня к тому, что несколько дней подряд я гуглила вопрос и учила матчасть. Так что в тот момент, когда в июне я попала на прием к врачу в городе В. (в нашем городе У. подобных операций не проводят), я в общих дилетантских чертах представляла, что меня ждет. Если бы год назад я могла увидеть трейлер на свой 2016, в одной из сцен я бы увидела себя сидящей на осмотре щелевой лампой в ожидании вердикта – можно или нет.

Выяснилось, что операция возможна, однако лишь в несколько отдаленной перспективе. Впереди меня ждали шесть долгих месяцев лечения – восстановительного после 20летнего ношения линз, значительно сказавшегося на моей роговице.

О своем решении я сознательно не распространялась даже среди моих малочисленных доверенных лиц. Был такой период в 2009, когда от мыслей о коррекции меня хором отговаривали ВСЕ. Громче всех, конечно, отговаривал отец, «Не давай глаза оперировать, дольше прослужат. Сами окулисты в очках ходят, они что-то знают. И ты тоже носи очки (толстые, тяжелые, -8), нормально ты в них выглядишь». Сейчас, разумеется, я могу без труда оспорить любое из этих утверждений и добавить в конце, что единственной причиной, по которой он так яростно отговаривал меня – это тотальное отсутствие денег в нашей семье. Уж не знаю, задумалась бы я когда-нибудь о коррекции, если бы до сих пор следовала этой угашенной совковой философии…

Мой настрой был крайне решительным. Я выполняла все назначения, по собственной инициативе полностью исключив на время лечения алкоголь и почти полностью косметику. Переступив через свои привычки, я перестала краситься даже для работы, тем самым выигрывая дополнительных 15 минут сна каждое утро. С безумно усталым лицом я сидела на уроках и думала, «вот смотрите, вы меня настолько достали, что мне впадлу для вас выглядеть нормально». Впрочем, это я отвлеклась от темы.

Операция имела шансы состояться в конце года. Ноябрь тянулся невыносимо нудно. В декабре события развивались стремительно. Сдача анализов, консультация с врачом 12 числа и – день Х, назначенный сразу на 13.

Ход операции и различные особенности ФРК описывать не буду, об этом в сети есть предостаточно информации, ибо процедура эта далеко не новая, отточенная многими годами практики. Скажу лишь о том, что меня впечатлило больше всего.

- Все проходит реально БЫСТРО. Зашел, лег, сделали, закапали – езжай домой.

- Да – запах паленого мясца присутствует, но можно просто не дышать, пока работает лазер, ибо все и так закончится БЫСТРО.

- Когда с оперированного глаза смывают «горелые шкварки», видно сразу, что он видит. Найти своего сопровождающего проблемой не станет.

- Анестезия прекращает действие тоже БЫСТРО. Первая волна настигла меня уже перед лифтом, когда я собиралась двинуть в сторону вокзала. Всю дорогу я шла, закрыв лицо руками, и останавливалась каждые сто метров, чтобы стереть с лица потоки слез и соплей. Муж пилотировал меня до самого автобуса.

Приехав домой, я первым делом по многочисленным советам из сети задернула шторы, нацепила темные очки, сверху накинула шарф и улеглась на диван в ожидании трехдневного ада, о котором подробно пишут практически все, кто пережил ФРК. Но ад так и не наступил. Зато пришло ясное понимание того, что адом были 20 лет ношения линз, которые в моем случае принесли гораздо больше вреда, чем пользы.

К вечеру, после того как мне без особого труда удалось проспаться, я встала с дивана и лишь через некоторое время с удивлением заметила, что слез намного меньше, глаза уже не больно держать открытыми и темные очки больше не нужны. На следующее утро я явилась на осмотр настоящим огурцом, и только к вечеру пришла вторая волна неприятных ощущений в виде песка и слезотечения. Она была слабой, и к утру от нее не осталось и следа. К вечеру третьего дня постепенно все зрение затянуло плотным туманом. Спалось мне в ту ночь не очень, я часто вставала, выходила на кухню и с интересом наблюдала, как с каждым разом туман рассеивается, а часы на микроволновке становятся все ярче и яснее. Следующий осмотр показал отличное зрение.

Если раньше после изнурительного рабочего дня можно было прийти домой, снять очки и погрузиться в мягкий мир -8, то теперь эта возможность навсегда утрачена. Линзы давно смыты в унитаз, очки выброшены в специальную вазу в больнице – все равно они больше не налезут на мои глаза, но даже спустя месяц в мозгу назойливо всплывают мысли о них. Думаю, «вот, лягу сейчас на диванчик на бочок», и тут же в голове щелкает – «на бочок нельзя, очки сломаются». Готовлюсь вечером спать, выключаю свет, в темноте предметы выглядят непривычно четкими – «так, кто-то забыл снять линзы». Просыпаюсь, чувствую в глазах некоторую сухость – «вот зараза, опять в линзах заснула». Иду по улице, собираюсь зайти в здание – «сейчас очки запотеют, платочек придется доставать…»

Особо хочется отметить то, что от астигматизма, который раздражал гораздо сильнее самой близорукости, не осталось и следа. Во всяком случае больше я его не наблюдаю. Столбы, провода, антенны на улице не двоятся, вместо 5-6 лун на небе я вижу одну с небольшим светлым ореолом вокруг, ветки на деревьях ровные, палочка к палочке.

 

З.Ы. Если кто еще помнит, то в названии поста присутствует слово «горести». Так где же они, горести после коррекции? А нету их. Если бы год назад или даже раньше мне показали бы то зрение, которое есть у меня сейчас, и спросили бы, хочу ли я так видеть, я бы ответила как в известном мемасике, shut up and take my money